Нотр Дам де Пари
Фойе             Новости             О мюзикле             Артисты             Галерея             Ссылки             Обратная связь

Требуются Эсмеральды

Где грохочет «Метро», возведут «Нотр-Дам де Пари»

В коридоре очередь, как на экзамен. Сидят на ступеньках лестницы, пробуют — ми! мама! — осипшие голоса, ревниво слушают пение из-за двери. Идет отбор актеров для московской версии «Нотр-Дам де Пари» — мюзикла по Гюго, который уже три года как собирает толпы в Париже, Лондоне и Торонто и грозит стать самым кассовым спектаклем мира. Музыка сажает вас на иглу, ее хочется слушать беспрерывно, причем немедленно. Может, потом все успокоится, как это случилось с «Иисусом Христом — суперзвездой», но пока это так.

«Нотр-Дам» импортирует та же продюсерская группа, что построила «Метро» в Театре оперетты. Это первый опыт переноса на нашу сцену мирового мюзикла и соответственно — игры по непривычным для России правилам. Однажды рожденный, спектакль принадлежит его создателям, и никто, кроме них, не имеет права сменить мизансцену или заданный актеру имидж. Шоу должно продолжаться на новом месте и с новыми исполнителями с точностью видеозаписи — меняются лишь габариты сцены и, понятно, язык страны. Изначально «Нотр-Дам» поставлен в парижском Дворце конгрессов, его адаптация к другим площадкам доверена англичанину Уэйну Фоуксу. Запустив ливанскую версию, он приехал в Москву и теперь сидит во главе экзаменационного стола.

Перед нами трагической чередой идут Квазимодо. С Таганки, из «Ленкома», «Летучей мыши», Театра Моссовета, из рок-групп и мюзиклов-конкурентов. А месяцем раньше приходили просто по радиообъявлению: «Собору Парижской богоматери» требуются Квазимодо« — надо дать шанс неоткрытым талантам. Мюзикл не оперетта, здесь другая школа, она ближе к зонг- и рок-опере: здесь вокал равен драматическому диалогу, а красивого певческого нарциссизма не требуется.

Входили и люди Театра оперетты — голоса божественные: с первых нот перед нами Эдвин или Тасилло. Но вот вдруг низкий, с хрипотцой, голос-крик, вопль страсти и отчаяния — и сразу зажигается глаз у режиссера, он подается вперед, а то и вообще выходит из-за стола, прогоняет кусок снова, пытаясь разглядеть в новобранце нечто им угаданное, и наконец произносит вожделенное: приходите на семинар.

Явилась Эсмеральда — невероятно эффектная, обдуманно одетая, пела только режиссеру, только ему обещала любовь. Он вежливо сказал «Спасибо!», что в этих стенах эквивалентно «Хорошо, но не пойдет».

Отобранные Эсмеральды, Фролло и Квазимодо пройдут мучительный тренинг, где окончательно освободятся от того, чему их научили в консерваториях, и тогда некоторые, возможно, станут артистами мюзикла. Хотя последнее слово — за автором музыки Ричардом Кочанте, он приедет в Москву принимать работу.

Режиссер Уэйн Фоукс — воспитанник лондонского Уэст-Энда, средоточия европейского мюзикла. Там нужно быть актером-певцом-танцовщиком, и Фоукс участвовал в спектаклях «Кошки», «Шахматы», «Джозеф», «Все проходит». Я спрашиваю его, как идет кастинг.

— «Нотр-Дам де Пари» — очень современное рок-шоу, и мы ищем певцов-актеров, способных к интерпретации, — объясняет он свою придирчивость. — Здесь иная школа, и наша цель — найти артистов, которые свои академические навыки могли бы трансформировать для нашего спектакля — каким я его вижу. Самая трудная задача — увидеть потенциальные возможности человека.

— В Париже первый акт мне показался гениальным по экспрессии, он задавал очень высокую планку ожиданий. Но во втором уже не хватало простого драматического и музыкального развития — словно композитор выдохся на полдороге.

— А для меня наоборот, только там и начинается драма. Впрочем, в парижской версии принимали участие главным образом поп-певцы. Уже в лондонской мы сделали ставку на актеров драмы. Теперь, с осени, перенесем этот принцип и на парижскую сцену, постараемся внести в шоу не только эмоциональное, но и интеллектуальное напряжение. Любой такой спектакль оставляет достаточно пространства для того, чтобы менять его сообразно особенностям той или иной культуры. Англичане склонны к драме, Франция — к более легким зрелищам, и теперь эти две версии как бы вступили в брак, взаимно оплодотворили друг друга — спектакль только выиграл. Уже наученные этим опытом, мы поставили «Нотр-Дам» в Канаде, и получился, по-моему, самый лучший вариант. А теперь новые условия: сам русский язык предполагает иную музыкальную фразеологию...

За русский текст отвечает поэт и композитор Юлий Ким. Локальный проект стал международным. Вбирая в себя все ценное, он совершенствуется и может жить годами. Россия привыкла к репертуарному театру. Здесь же — «театр одного спектакля», чьи преимущества я оценил на этом прослушивании, где даже из классного отбирают только то, что превосходно и что идеально «в масть».

— «Метро» пробило брешь: мюзикл стал востребован на российском рынке, — говорит один из продюсеров российского проекта «Нотр-Дам» баронесса Катерина фон Гечмен-Вальдек. — Возник спрос — возникло и предложение, и все больше людей в Москве хотят работать в этом жанре. И чем их будет больше, тем лучше.

— И вы рады, что у вас скоро появится конкурент — «Норд-Ост» в Театральном центре на Дубровке?

— Безусловно. Так создается школа, и те люди, которых мы сейчас прослушиваем, создадут рынок актеров настоящего русского мюзикла.

«Этот спектакль будет первым после „Кошек“ мюзиклом мирового уровня, который увидит Москва, — говорит сопродюсер проекта Александр Вайнштейн. — Наше „Метро“ задало планку профессионализма и качества — в том его, если хотите, историческая роль».

Директор Театра оперетты и третий сопродюсер проекта Владимир Тартаковский считает, что происходит процесс, возможно, обидный для артистов Театра оперетты, но необходимый для развития жанра.

— Но останется ли на вашей сцене место для «Сильвы»?

— У нас много спектаклей, которые сегодня могут уже не идти, — пусть неудачные мюзиклы сменятся удачными. «Метро» показало, что такого спектакля в Театре оперетты нет. «Нотр-Дам» показал, что нет мюзикла с такой музыкой — наши композиторы ничего подобного пока не пишут. И если артист обладает замечательными данными, но не умеет играть мюзикл, он будет играть оперетту — она тоже востребована. А мюзикл будут делать другие артисты, которые умеют, и мы выберемся из провинциализма. Единственная проблема: в таком составе Театр оперетты может освоить и три площадки — а у нас одна.

По технической сложности «Нотр-Дам» превосходит «Метро»: движение декораций должно быть идеально синхронизировано с музыкой. Перед актерами и танцовщиками стоят акробатические задачи — они будут ходить по вертикальной стене, зависать над пропастью колокольными языками. От мюзикла бродвейского типа 150-минутный спектакль отличается принципиально: в нем цепь музыкальных монологов, более свойственная концерту, мелодика коренится столько же в Уэббере, сколько во французском шансоне, она исповедальна и обладает непривычной нам энергетикой.

Впрочем, к апрельской премьере эта музыка и у нас станет хитом — уже теперь ее беспрерывно передают все радиоканалы России

14:34 17.08.01
«Известия»


Сайт о мюзикле Нотр-Дам де Пари в Яндекс.Каталоге

© 2010—2012 notr-dam.com. Наши друзья